ARGENTUM

Юбилей

Навстречу веку

ubilei_december2018_1000x600-min
Фото: предоставлены клиентом

Гендиректор СМАЗа Сергей Никольский — о том, чем живет сегодня и на что нацелено в будущем одно из старейших авиационных предприятий России

Восьмого ноября Смоленскому авиационному заводу исполнилось 92 года. Не так давно отметивший 90-летие, и сегодня СМАЗ всем ветрам на зло уверенно шагает навстречу веку. И не только в том смысле, что впереди — впечатляющая цифра в 100 лет (а руководство завода уверено, что и этому юбилею — быть). Но и потому, что одно из ключевых предприятий Смоленска и региона как ни одно другое открыто новому столетию — его ритму и вызовам.
О том, как заводу это удается, в интервью журналу ARGENTUM рассказал генеральный директор СМАЗа Сергей Никольский.

Досье

Сергей Григорьевич Никольский
Родился 16 февраля 1951 года в Москве. В 1974 году окончил Московское высшее техническое училище
им. Баумана по специальности «двигатели летательных аппаратов» (факультет «энергомашиностроение»). Трудовую деятельность начал инженером в НПО «Энергия», г. Калининград Московской области.
С 1976 по 2005 г. служил в Вооруженных Силах РФ,
в системе военных представительств ВВС.
В 1984 году окончил Военно-воздушную инженерную академию им. проф. Н.Е. Жуковского. Полковник запаса.
С 2008 по февраль 2012 г. – генеральный директор ОАО «Дубненский машиностроительный завод» им. Н.П. Федорова.
С февраля 2012 г. – генеральный директор Смоленского авиационного завода.
Награды: орден Почета, медаль ордена «За заслуги перед Отечеством» II степени, нагрудный знак «Почетный авиастроитель», лауреат премии им. А.Я. Березняка.
В 2017 году награжден Орденом Александра Невского
«За отличие в воинской службе» II степени.

ГЛАВНОЕ — ЛЮДИ
— Сейчас многие предприятия переживают не лучшие времена, как дела у Смоленского авиационного?
— Последние семь лет завод работает стабильно. Но я склонен связывать это не со своим директорством, а с тем, что государство наконец обратило внимание на вопросы обновления специальной техники для Министерства обороны. Нужно отдать должное и сотрудникам завода. Директор — ничто без своего коллектива. Все работают с большой самоотдачей. Ведь предприятие само по себе не функционирует. Каждый день нужно что-то решать, договариваться, и люди, которые организуют работу предприятия — наш главный ресурс. Сильные кадры собрались и в руководстве. Результат на лицо, вы видите это по заводу.
— Удаётся держать объёмы производства на уровне, учитывая кризис?
— У нас было небольшое сокращение объёмов в 2017 году, сейчас они практически восстановились на уровне 2014-2016 годов. Поэтому, зная потенциал предприятия, видя перспективу в направлении специальной техники, мы рассчитываем на то, что завод будет работать стабильно.
— В прошлом у завода был опыт сотрудничества с чешской компанией. Как сейчас обстоят дела с иностранными партнерами? Санкции и контрсанкции сказались?
— Санкции, я считаю, играют двойственную роль. Сотрудничество с чехами практически заморожено. Но я вижу больше положительного в санкциях и контрсанкциях — мы (я имею в виду не завод, а государство) наконец обратили внимание, что потеряли ряд производств, и теперь активно их восстанавливаем. Взять, к примеру, сельское хозяйство – теперь мы сами себя можем всем обеспечить и продаём зерно на внешний рынок в огромных количествах. Даже Советский Союз столько не продавал — и себя обеспечиваем, и экспорт большой.
Так и здесь, в области промышленности. В принципе, во времена Советского Союза заводы выпускали любую номенклатуру комплектующих для наших изделий. Особенно это касается сложных вопросов по электронике. Сейчас правительством поставлена задача обеспечить импортозамещение, перейти на собственное производство, и в целом наша промышленность с этим удачно справляется. Мы можем всё делать сами. У нас есть вода, лес, все полезные ископаемые. И главное — у нас сохранились люди, которые могут всё.

ubilei_december2018_1000x600_2-min

УЧИТЬСЯ И УЧИТЬ
— К слову, о людях. В прошлом интервью журналу ARGENTUM вы рассказывали, что молодёжь идёт работать на завод. Сохранилась ли эта тенденция? И считаете ли Вы, что растёт престиж рабочих профессий среди молодых людей?
— Будем честными: престиж любой профессии пропорционален заработной плате сотрудника, трудящегося по специальности. В Смоленске практически невозможно найти нормальную работу даже с окладом в 20 тысяч рублей. У нас на заводе средняя зарплата — более 50 тысяч рублей. Отдельные рабочие в цехах получают свыше 70 тысяч рублей в месяц.
— То есть, я так понимаю, за последние пару лет зарплаты на заводе не просто не стали ниже, но и подросли.
— На предприятии сейчас работает порядка 2500 человек, и, конечно, эти деньги так просто в руки никому не попадают. Люди у нас трудятся интенсивно. Приходится работать и в выходные дни, и сверхурочно. Но мы всё это оплачиваем, и никаких задержек по заработной плате на заводе нет и никогда не будет. Во всяком случае при нынешнем руководстве предприятия.
— Ранее в интервью Вы упоминали, что основные поставщики кадров для завода — профильные вузы из других регионов. А у смоленской молодежи есть шанс попасть на СМАЗ?
— Мы плотно работаем с Уфой, приглашаем оттуда молодых специалистов. Вот недавно организовывали встречу, приезжало руководство Уфимского института вместе со студентами.
Конечно, нам интересно получать кадры из Московского авиационного института (МАИ), но нам трудно конкурировать за них со столичными предприятиями, в первую очередь из-за размеров предлагаемой зарплаты.
Но, разумеется, у смоленской молодёжи не просто есть шансы устроиться к нам — мы делаем ставку именно на местные кадры. К примеру, завод отправляет молодых специалистов учиться — Минпромторг выделяет заводу квоты на обучение в Московском авиационном институте.
Приятно отметить, что с нами советуются и корректируют программу обучения в Смоленском филиале Московского энергоинститута (СФ МЭИ), у нас очень тесные отношения с Академией профессионального образования (я там председатель попечительного совета), с ними плодотворно сотрудничаем.

МОДЕРНИЗАЦИЯ ВО ВСЕМ
— Понятно, что многие проекты завода – закрыты для всеобщей информации. Можете в общих чертах рассказать, над чем сейчас работаете?
— Есть несколько видов самолётов, над возможностью производства которых мы сейчас работаем. Но всё не так просто. Мы можем собрать любой самолёт, и в малой авиации в том числе. Есть регионы, готовые покупать эту технику, регионы, где она была бы очень востребована. Единственная проблема — в России нет на сегодняшний день заводов, производящих необходимые для наших самолетов двигатели. Мы сами делаем очень многое, а то, что не делаем, можем приобрести у других российских заводов. Даже электронику, пилотажные комплексы. Однако, всё упирается в двигатели.
— А что с оборудованием на самом заводе? На каком работаете?
— Оборудование на заводе разное: есть и новое, есть и советское модернизированное. Почему не меняем? Потому что оно очень хорошо работает. Даже самую старую машину человек не продаст, если она служит как положено. И модернизированное оборудование работает замечательно, люди работают на этих станках. Кажется, им износа не будет. Новое оборудование практически всё импортное, это высокоскоростные станки с числовым программным управлением. Работать на таких — одно удовольствие.
— Есть ещё планы по модернизации?
— Есть. После частых коммунальных аварий мы приняли решение, что будем модернизировать свою котельную и постараемся в дальнейшем принять меры и для обеспечения завода своей электроэнергией.
— Пару лет назад Вы упоминали, что у завода были планы по модернизации аэродрома «Северный».
— Этот вопрос я поднял, как только пришёл на завод. Там временно дислоцируются воинские подразделения, и для начала нужно разграничить компетенции, чтобы завод мог начать восстановление взлетно-посадочной полосы, резервной полосы, которая сейчас не в лучшем состоянии.
Но аэродром — это не только взлетно-посадочная полоса. Надо продумать, как должны функционировать системы заправки, хранения, обслуживание и так далее. Нужна охрана — не менее шести трехсменных постов, тепло нужно проводить, нужно определить, что на военном аэродроме уже устарело и это придется сносить. Такие процессы не могут быть быстрыми, ведь это государственная собственность.
Рассматривали вопрос постройки там аэровокзала, небольшого. Думаю, смоляне бы с удовольствием летали из родного города в Петербург, на курорты Краснодарского края, в Крым, в Калининград, в Екатеринбург — потому что это крупный авиаузел. Это все в планах. Все упирается в первоначальные средства. Аэродром мог бы стать одним из перспективных направлений развития предприятия.
— Здорово, что Вы думаете о жителях Смоленска, хотя вообще-то Вы человек приезжий. Стал ли для Вас Смоленск родным? Ведь предприятие, которое Вы возглавляете, по-настоящему важное для региона, для города, для Заднепровского района.
— Смоленск, можно сказать, сыграл в моей жизни свою роль. В 1990 году я впервые посетил Смоленский авиационный завод в составе комиссии. Я тогда ещё служил, был подполковником. А в 2012 году меня пригласили работать в корпорацию «Тактическое ракетное вооружение» — руководить Смоленским авиационным заводом (завод входит в состав корпорации — ред.). Смоленск стал родным городом. Как и завод. Было нелегко, но предприятие удалось привести в порядок. Оно стало одним из лучших серийных заводов корпорации.
Но останавливаться мы не собираемся: завод должен развиваться. Поэтому мы и думаем о новых направлениях.
— Значит, столетнему юбилею быть?
— Быть! Однозначно! Отметим как положено!!!

Оставьте комментарий

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Наверх